Неточные совпадения
«
Господин Ферстфельд,
местный доктор», — сказал нам Посьет.
Один
местный чиновник, приезжавший к нам на пароход обедать, скучный и скучающий
господин, много говорил за обедом, много пил и рассказал нам старый анекдот про гусей, которые, наевшись ягод из-под наливки и опьяневши, были приняты за мертвых, ощипаны и выброшены вон и потом, проспавшись, голые вернулись домой; при этом чиновник побожился, что история с гусями происходила в де-Кастри в его собственном дворе.
Обедал я где-то за рекой, в недорогом трактирчике, с Наке и несколькими молодыми людьми из тех, каких Тур называл"
господами из правительства", и их беседа произвела на меня жуткое впечатление — так все это было и юно, и пусто, и даже малоопрятно по части врагов. Все время говорили взапуски о
местных кокотках и о тех притонах, где эти messieurs du gouvernement проводили свои вечера и ночи.
— Да, — подтвердил и управляющий, — ни один еще министр, как нынешний, не позволял себе писать такие бумаги князю!.. Смотрите, — присовокупил он, показывая на несколько строчек министерской бумаги, в которых значилось: «Находя требование московской полиции о высылке к ее производству дела о
господине Тулузове совершенно незаконным, я вместе с сим предложил
местному губернатору не передавать сказанного дела в Москву и производить оное во вверенной ему губернии».
— Это входят в церковь разные
господа, — начал Петин и сначала представил, как входит молодой офицер, подходит к самым
местным иконам и перед каждой из них перекрестится, поклонится и сделает ножкой, как будто бы расшаркивается перед ротным командиром. Потом у него вошел ломаный франт, ломался-ломался, смотрел в церкви в лорнет… И, наконец, входит молодой чиновник во фраке; он молится очень прилично, ничего особенного из себя не делает и только все что-то слегка дотрагивается до груди, близ галстука.
Господин этот был
местный исправник Ардальон Васильевич Захаревский, фактотум [Фактотум — название старательного и точного исполнителя приказаний, происходит от соединения двух латинских слов: fac — сделай и totum — все.]
—
Господа, — обратился он к публике, — по недосмотру произошло комическое недоразумение, которое и устранено; но я с надеждою взял на себя поручение и глубокую, самую почтительную просьбу одного из
местных здешних наших стихотворцев…
— Мы и сами в ту пору дивились, — сообщает, в свою очередь, староста (из
местных мужичков), которого он на время своего отсутствия, по случаю совершения купчей и первых закупок, оставил присмотреть за усадьбой. — Видите — в поле еще снег не тронулся, в лес проезду нет, а вы осматривать приехали. Старый-то
барин садовнику Петре цалковый-рупь посулил, чтоб вас в лес провез по меже: и направо и налево — все, дескать, его лес!
Это может подтвердить и
господин местный жандармский штаб-офицер!
Она хорошо знала, что «большие
господа» в это время видят чуть ли не первый сон, а потому по дороге зашла к знакомой жене
местного околодочного надзирателя.
Что это за дивные распорядки ведет Ропшин: он сам уехал в город, а старика Синтянина и его приятеля, этого
господина Ворошилова, упросил тут распоряжаться дома, и они за это взялись; генерал ходит козырем и указывает, что где поставить, что как приготовить для предстоящих похорон покойного; меж тем как жена его и падчерица одевают и убирают Ларису, для которой Ропшин обещал исходатайствовать у
местного архиерея право на погребение.
Матвей Лозинский, разумеется, не знал еще, к своему несчастью,
местных обычаев. Он только шел вперед, с раскрытым сердцем, с какими-то словами на устах, с надеждой в душе. И когда к нему внезапно повернулся высокий
господин в серой шляпе, когда он увидел, что это опять вчерашний полицейский, он излил на него все то чувство, которое его теперь переполняло: чувство огорчения и обиды, беспомощности и надежды на чью-то помощь. Одним словом, он наклонился и хотел поймать руку мистера Гопкинса своими губами.
Так, в одной жалобе, посланной им в Петербург на
местного губернатора, он писал без запятых и точек: «в бытность мою в губернском городе на выборах я однажды встретился с
господином начальником губернии и был изруган им подлецом и мошенником», а в другой раз, в просьбе, поданной в уголовную палату, устроил, конечно с умыслом, в разных местах подчистки некоторых слов в таком порядке, что получил возможность в конце прошения написать следующую оговорку: «а что в сем прошении по почищенному написано, что судившие меня, члены, уголовной, палаты, все, до, одного, взяточники, подлецы, и, дураки, то это все верно и прошу в том не сомневаться…»
— Правда твоя, искал по немощи родительской, а более человеческой. За то, статься может,
господь и наказал меня сватовством Мамона. С той поры не плодит мое деревцо сладких яблочков; с той поры женихов Настеньке словно рукой сняло, да и сама она, горемычная, сохнет, что былина на крутом яру. Я ли не ходил на богомолье по святым местам; я ли не ставил
местных свеч, не теплил лампады неугасимой!
Несмотря на это,
местная полиция, подкупаемая варваром-мужем, производила совершенно выходящие из пределов их власти в усадьбе
господина Эльчанинова обыски, пугая несчастную женщину и производя отвратительный беспорядок в доме.
Этого мало: он ее когда-то знал, он был одних с нею
господ, он хотел на ней жениться, но это не состоялось: Голована дали в услуги герою Кавказа Алексею Петровичу Ермолову, а в это время Павлу выдали замуж за наездника Ферапонта, по
местному выговору «Храпона».
И вот она сама пожимает руку этой ростовщицы, а затем и руку ее сына,
господина Андерса. Он был ее сын от первого брака за богатым железнодорожником. Вдовеет она во второй раз. Лушкин —
местный домовладелец и помещик — оставил ей в пожизненное пользование несколько имений, два винокуренных завода и подмосковную дачу.
Пьесы ставились, как на курьерских. Небольшие драмы и комедии шли с одной репетиции, «Смерть Иоанна Грозного» и «Новый мир» — с двух, «Измаил», сочинение
господина Бухарина, потребовал трех репетиций, и то благодаря тому, что в нем участвовало около сорока статистов из
местных команд: гарнизонной, конвойной и пожарной.
Было двенадцать часов ночи. Не танцующие интеллигенты без масок — их было пять душ — сидели в читальне за большим столом и, уткнув носы и бороды в газеты, читали, дремали и, по выражению
местного корреспондента столичных газет, очень либерального
господина, — «мыслили».
Золотилов. Позвольте,
господа, мне побеседовать тут. Я, как
местный предводитель, имею, кажется, на это некоторое право.
Господин, в легком костюме из шелковой сырцовой материи и в соломенной шляпе, с навернутым на тулью кисейным полотенцем (летний костюм
местных щеголей), встал со скамейки, мимо которой проходил Василий Петрович, и сказал...
В 1884 году было напечатано в газетах, что в Нижнем Новгороде один торговец и один чиновник, сидя в трактире, бранили
местного губернатора Баранова. Полиция арестовала этих
господ, но губернатор Баранов приказал их освободить и указал полиции впредь не обращать внимания на такие ничтожные вещи.